Русские писатели о большевизме

Философов Д.В., 1920


В переполненном еврейско-русской публикой Городском зале первым начал говорить г. Философов о "Монгольском социализме большевиков".

Доклад Философова

В коротком содержательном выступлении докладчик охарактеризовал русский большевизм как движение по духу монгольское - монгольский социализм. С самого начала своего существования большевистское движение оперлось на монгольские племена. Пользующиеся прямо под боком у Керенского полной самостоятельностью большевики располагали маленькой армией китайцев, которых затем сменили башкиры. Армия эта прославилась так называемым "китайским мясом", т. е. продажей тел жертв большевиков в зоологический сад на корм зверей. С прибытием Ленина и Троцкого большевики начинают планомерные действия, чтобы втянуть и привлечь к себе монгольские племена.

Действия эти своей целью имели прежде всего приобретение для слабого в начале большевистского движения силы физической, слепой, для которой лозунги независимости и диктатуры пролетариата выражались в возможности безнаказанного грабежа и убийства людей более высокой культуры. Другой причиной было желание нанести ущерб интересам Англии.

С этой целью, кроме известного манифеста Ленина калмыцким племенам1, обещающего им всяческие свободы, большевики стараются направить лучшие и интеллигентнейшие свои силы в Туркестан, чтобы иметь возможность во всю силу развернуть свои действия. Характеризуя таким образом русский большевизм, утверждает докладчик, что о социалистических идеях в большевистском движении не может быть и речи, что русский социализм вообще, а большевистский в особенности, - социализм извращенный, и хотя выглядит это абсурдом, но назвать его можно социализмом монгольским.

И докладчик удивляется, что Англия хочет вести с большевиками торговые сделки. Все же во главе больш[евистского] министерства иностр. дел стоит человек, прекрасно знающий европейскую дипломатию и все ее недостатки2. Этот превосходный дипломат знает, как говорить с европейскими дипломатами, и сумеет соответствующим образом использовать торговые отношения, которые в первую очередь поставят на ноги красную армию. Враг опасен, опаснее, чем предполагаем, и поэтому Европа должна бояться мира с большевиками, которые в настоящее время мирными средствами хотят вызвать разложение и революцию в Европе. Важнейшая роль, по мнению г. Философова, выпадает Польше, которая является как бы авангардом Европы.

Произведения Злобина и Гиппиус-Мережковской

Затем г. Злобин читал дневник госпожи Гиппиус. Госпожа Гиппиус декламировала свои произведения, где образно старалась воспроизвести ужас пребывания в Петербурге и условия, в которых оказалась интеллигенция в Совдепии. - Оба выражали несокрушимую надежду, что, несмотря на хаос, господствующий в России, она с победой выйдет из него, а г. Гиппиус выразила это в стихотворении "Она не погибнет"3.

Лекция Мережковского

Последним говорил г. Дмитрий Мережковский на тему "Русский большевизм и Европа".

В словах, преисполненных любви к своей родине и горячей веры, что Россия не погибнет, анализировал г. Мережковский отношение Европы к Совдепии. Он упрекает Европу в том, что она не поддержала Юденича в наступлении на Петербург, что благодаря этому уцелела Совдепия - и спрашивает, не хотела или не могла Европа оказать помощь?4 В поисках причины развития и удержания большевизма он приходит к выводу, что важнейшей причиной является слабое национальное самосознание и склонность к космополитизму. - У русских две родины: Россия и Европа. Одну уже потеряли5 - остается еще одна, и ее надо спасать. Кто знает большевистскую Россию, тот знает, чем Европе грозит большевизм, тот не будет удивляться, что русские патриоты бегут из России, где гибнет цвет русской интеллигенции из-за холода, голода и темноты. Потому что Россия для русских сейчас "antipatria", антиродина, а русское общество так же, как раньше покорно пело "Боже царя храни", сейчас поет "Интернационал".

Следующая причина развития большевизма - упадок веры, утрата религиозности, которая вытекает из врожденного глубокого атеизма. Тот же упадок веры и атеизм проник в буржуазные общества Европы и повлиял на желание заключить мир с людьми, которые убивают свободу, не понимая ее, - с врагами всякой культуры. Атеизм не позволяет ложным друзьям вмешаться во внутренние дела России, интеллигенция которой не в состоянии сама подняться. Впрочем, это ложь, что интервенция Европы будет вмешательством в дела России, - это будет вмешательством только в дела Совдепии. В конце концов, если Европа не вмешается в дела Совдепии, то Совдепия вмешается в дела Европы6.

Ведь большевики, как интернационалисты, силой вещей будут вмешиваться в дела Европы.

Не удалось Европе окружить Совдепию железным кольцом7, не удастся ее задушить и пуховой подушкой мира8. Но мирные попытки - величайшая ошибка Европы. Подписание мира будет одновременно смертным приговором нее самой9. Не надо обманывать себя и предполагать, что по заключении мира Совдепия прекратит свою работу. Россия втянет в пропасть другие народы. Европейская культура безоружна в борьбе с большевизмом, объявляющим войну всякой культуре, свободе и человеческой личности. А безоружна потому, что те самые факторы, лежащие в основании большевистской идеологии, как материализм и атеизм, или антихристианство, являются общими для культуры буржуазной и большевистской.

Первая европейская война окончилась, но вторая европейская война, хуже первой, начало которой - гражданская война в России, будет страшнее и тяжелее.

Это будет космополитическая война с национальностями и христианством, и чтобы выиграть эту войну, Европа должна вернуться к христианству.

Россия верит в Европу. Предоставленные самим себе - могут только погибнуть, вместе - могут уцелеть, и поэтому Европа должна вмешаться в дела России.

Русская интеллигенция требует этого от Европы, требует, чтобы Европа спасала себя, а не Россию, от варварства, потому что большевизм - это отрицание всякой культуры, возможной на нашей земле.

Россия пала, но в своем падении она велика. Но сила внутреннего распада России так огромна, что Европа не спасется ни железным обручем, ни мягкой подушкой мира. В случае же общей катастрофы она будет для Европы намного ужаснее, чем для России, и пусть Европа об этом помнит.

России нет, но Россия будет10, - закончил господин Мережковский, декламируя стихотворение Мицкевича: "О, родина моя, ты как здоровье..."11.

Интересную в общем-то лекцию разнообразило не менее интересное поведение публики. Смех и громкие замечания, а также ряд торчащих шапок на головах необычной публики были словно дополнением лекции. Однако удивляют организаторы, которые в отношении к польской публики они зашли так далеко, что отпечатали программу исключительно на русском языке.

Е. К.

E. K. Pisarze rosyjscy o bolszewizmiei // Nasz Kraj. 1920. Nr. 50 (259), 29 lutego.

1. 22 июля 1919 г. советское правительство за подписью В. И. Ленина выпустило воззвание к калмыцкому народу, призывавшее к активной борьбе с белогвардейцами (большая часть Калмыкии в 1919 г. была занята войсками А. И. Деникина); 24 июля и 15 октября 1919 г. СНК издал постановления о неприкосновенности калмыцких территорий и охране и восстановлении животноводства в Калмыкии.

2. Георгий Васильевич Чичерин (1872 - 1936), с 1897 г. служил в архиве министерства иностранных дел России, в 1904 - 1918 гг. жил за границей, по возвращении в Советскую Россию назначен заместителем наркома иностранных дел, с 30 мая 1918 г. - народным комиссаром по иностранным делам.

3. Стихотворение "Нет" ("Нет!"), датированное декабрем 1917 г., публиковалось в "Современном Слове" (1918, N 3546, 4 мая; под заглавием "Знайте!"), в сборнике З. Н. Гиппиус "Последние стихи. 1914 - 1918" (Петербург, 1918), "Общем деле" (1921, N 183, 14 января), "Последних известиях" (1921, N 107, 7 мая).

4. Ср. в статье Д. С. Мережковского "Царство Антихриста. Большевизм, Европа и Россия", написанной в Париже в 1921 г., применительно к упущенной возможности разгромить большевиков после "чуда на Висле" в августе 1920 г., огда красные части были разбиты под Варшавой: "Отчего же Европа осталась неподвижною? Не захотела или не смогла двинуться? Страшный вопрос". См.: Д. С. Мережковский, З. Н. Гиппиус, Д. В. Философов, В. А. Злобин. Царство Антихриста. Munchen: Drei Masken Verlag, 1922. С. 23.

5. В статье "Царство Антихриста. Большевизм, Европа и Россия" Д. С. Мережковский цитировал слова Ф. М. Достоевского "У нас две родины - наша Русь и Европа" и добавлял: "У нас две родины, наша Русь и Европа; одну мы уже потеряли; что если потеряем и другую. Вот наш страх". См.: Д. С. Мережковский, З. Н. Гиппиус, Д. В. Философов, В. А. Злобин. Царство Антихриста. Munchen: Drei Masken Verlag, 1922. С. 23.

6. В статье "Царство Антихриста. Большевизм, Европа и Россия" Д. С. Мережковский писал: "Речь вовсе не о том, чтобы Европе вмешиваться в русские дела, а в том, чтобы России не вмешиваться в дела Европы". См.: Д. С. Мережковский, З. Н. Гиппиус, Д. В. Философов, В. А. Злобин. Царство Антихриста. Munchen: Drei Masken Verlag, 1922. С. 24.

7. 16 января 1920 г. Верховный совет Антанты формально снял блокаду Советской России.

8. Ср. в статье "Царство Антихриста. Большевизм, Европа и Россия": "Хитрый план "невмешательсва" еще недавно сводился к тому, чтобы задушить Россию железным кольцом блокады, окружить чумной дом и ждать, пока в нем вымрут все". С его провалом "придуман другой план, еще более хитрый: задушить Россию не железом войны, а подушкою мира". См.: Д. С. Мережковский, З. Н. Гиппиус, Д. В. Философов, В. А. Злобин. Царство Антихриста. Munchen: Drei Masken Verlag, 1922. С. 24.

9. Ср. в статье "Царство Антихриста. Большевизм, Европа и Россия": "Признав Советскую власть, подписав мир с большевиками, Европа подписала бы себе себе смертный приговор, одним ударом ножа убила бы и себя и Россию". См.: Д. С. Мережковский, З. Н. Гиппиус, Д. В. Философов, В. А. Злобин. Царство Антихриста. Munchen: Drei Masken Verlag, 1922. С. 24.

10. В финале статьи "Царство Антихриста. Большевизм, Европа и Россия" Мережковский трижды повторил эту формулировку.

11. Цитата начальных строк песни I эпической поэмы Адама Мицкевича (1798 - 1855) "Пан Тадеуш" (1834); ср. в переводе Н. В. Берга (1823 - 1884):

Отчизна милая! подобна ты здоровью:

Тот истинной к тебе исполнится любовью,

Кто потерял тебя...

Пан Тадеуш. Поэма А. Мицкевича. Пер. Н. Берга. Варшава, 1875. С. 4.

В переводе М. Павловой:

Отечество мое, Литва! Ты, как здоровье:

Тот дорожит тобой, как плотью или кровью,

Кто потерял тебя.

А. Мицкевич. Пан Тадеуш или Последний наезд на Литве. Пер. с польск. М. Павловой. Москва, 1954. С. 9.

Публикация оффлайн: Д. С. Мережковский, З. Н. Гиппиус, Д. В. Философов, В. А. Злобин в Вильнюсе в 1920 году / Публикация и комментарии П. Лавринца // Балтийский архив. Русская культура в Прибалтике / Составитель Ю. Абызов. Т. IV. Рига: Даугава, 1999. С. 223 - 227.

Мережковский | Биография Мережковского | Произведения Мережковского